|
Как гостил я в земле Вестфальской на самом западе оной.
Посреди стольного града Киева, дом стоит, а заседает в нем люд казенный. В доме сем светлица, а в ней, диво дивное, еще одна светлица, в коей окошки хрустальные. В окошках девицы, нраву сурового, что допрос держат. Хто ты есть, какого роду-племени, какой на тебе грех есть тайный или явный. Чем промышлять измыслил в земле германской, наградил ли тебя господь умом и силен ли ты в науках и языках земель далеких, владеешь ли искусством грамоты и счета, прочих вопросов без числа, что и упомнить их есть труд великий. Опосля всех этих вопросов этих, девица, что со мной разговор держала, велела день и ночь ждать, и молится святым угодникам, а на второй день ответа ждать от самого Герракайзера. Герракайзер дал доборо и велел всему люду православному от себя кланятся.Грамоту специальную писарю велел изготовить (Шенгений звется) и в дохумент мой вклеить. Силен писарь ихний в великой науке каллиграфии, буквицы все, как на параде. Ровные, красивые, а еще образ мой изобразил на грамоте. Радуюсь, понравиться шенгений мой люду казенному, мытарям, да дружине князя нашего болезного. |